Список форумов

Dental-revue

Информационный стоматологический сайт
Форумы сайта Dental-revue доступны только для зарегистрированных пользователей.

Текущее время: 22 ноя 2017, 09:24




Начать новую тему  Ответить на тему  [ 24 сообщений ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: Царь....
СообщениеДобавлено: 23 ноя 2009, 00:56 
Не в сети
Политрук
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 07 фев 2005, 12:48
Сообщений: 19935
Сайт: http://www.dental-revue.ru
Откуда: г. Тверь - Москва
Цитата:
Несмотря на то, что ещё в мае текущего года был издан Указ Президента РФ Д. А. Медведева о противодействии попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России, мы вынуждены констатировать, что сей документ, к сожалению, на некоторых лиц, не возымел должного воздействия. Лиц, которые длительное время занимались одним и тем же гнусным делом — подделкой нашей родной русской истории, разрушающей нашу самобытность, самосознание и мироощущение.


Очередной подлый и жестокий удар был нанесён русской истории и русскому народу в дни чествования православного праздника Казанской иконы Божьей матери. С 4-го ноября в кинотеатрах страны начался показ фильма Павла Лунгина «Царь». Каждый кадр этой кинокартины об эпохе первого царя православной Руси Ивана Васильевича IV Грозного, буквально пропитан надменной фальсификацией, целенаправленным искажением, коверканием, уродованием истории, унижением нашего народа и памяти наших великих предков. Это насмешка, доведённая до абсурда — плевок в душу всем народам России!

Кого мы видим в фильме «Царь»? Неужели это тот самый великий государственник Иван Васильевич Грозный? — Нет! Это жалкое подобие, «клон», созданный лишь для того, чтобы унизить всех нас, нашу великую историю, нашу истинную православную веру, застыдить, сделать виновными в том, чего никогда не было.

Какого царя мы видим в этой киноленте? Это низкая, ничтожная, павшая личность, шизофреник, сошедший с ума от массовых кровавых казней и жестоких убийств. Это убивец православных монахов и патриарха. Это глава государства ненавидящий свой народ. Это безумец, получающий удовлетворение, от кровавых расправ с участием диких животных над верными воинами в сооружении, напоминающем «деревянный Колизей». Это человек, православная вера которого доведена до полнейшего абсурда и похожа в большей степени на некое помешательство.

Таким ли был наш грозный Царь, каким он показан в фильме? Соответствует ли всё это исторической действительности?

Прибегая к анализу исторических событий, описанных в фильме, и соотнося с реальными фактами, запечатлёнными в истории родного Отечества, следует сделать закономерный вывод о том, что фильм целиком построен на исторических баснях, побасёнках, слухах, сплетнях, мифах — одним словам недостоверной, сфальсифицированной информации.

В киноленте описываются события, связанные с взаимоотношениями Ивана Грозного и святого Филиппа, митрополита московского. Причём эти личности противопоставляются друг другу. То, что показывает в своей картине Павел Лунгин, никак не соответствует исторической действительности. Пересказывать весь тот бред, что лживо изображен в фильме — нет смысла. Намного разумнее преподнести объективное видение событий того времени.

В начале исторического повествования необходимо отметить, что эпоха царствования Ивана Васильевича была поистине грозным временем. В малом возрасте русский царь потерял своих родных — мать и отца. А затем пережил годы издевательства и глумления бояр, тогдашней аристократии. Будущий государь русского царства позднее вспоминал, кормили его кое-как, а одевали в обноски. Иван Васильевич памятовал о том, как он с младшим братом играл на полу, а Иван Шуйский, развалясь на лавке, ещё и на постель покойного великого князя ногу в сапоге закинул… Издевательства бояр, не знали предела. Однако жировала эта боярская кодла недолго. Царь воздал всем по заслугам. И всё же заговоры, продолжали плодиться в дворянском сословии один за другим. И это совершенно неудивительно, поскольку Иван Васильевич активнейшим образом принялся за развивитие государства (вспомним его реформаторскую деятельность), превращая его в могущественное царство. А Россия, как известно, сильной, могучей и великой никому не нужна. Очередной узел интриг завязался как раз вокруг избрания нового митрополита, т. е. главы Православной церкви.

В мае 1566 г. митрополит Афанасий тяжело заболел, оставил свой пост и ушёл в Чудов монастырь. Но вполне может быть, что сказалась не только болезнь — а дрязги и подсиживания против него. В Церкви сформировалась мощная группировка во главе с архиепископом Новгородским Пименом. С ним сомкнулись епископы Филофей Рязанский, Пафнутий Суздальский, часть архимандритов. Отметим здесь важную деталь, Курбский в своих сочинениях густо поливал русское духовенство грязью, но по какой-то причине делал исключение для Пимена. Превозносил его как настоящего «подвижника», чистейшего и честнейшего. Хотя факты этого никак не подтверждают. Подвижничества за ним не обнаруживается, зато он всегда, прямо-таки с завидной регулярностью, оказывался в центре политических склок. Именно он тогда стал «кандидатом номер один» на митрополичий престол.

Но царь этого не допустил. Выдвинул архиепископа Казанского Германа, который полностью поддерживал необходимость оздоровить государство. Его родственники служили в опричнине. Казалась бы самая подходящая фигура. Он уже прибыл в Москву, въехал в митрополичьи палаты. Но… Против него неожиданно выступили Басмановы. Принялись клеветать царю на Германа, обвиняли его в чрезмерном властолюбии. Уверяли, что он мечтает быть «новым Сильвестром». По сути, чётко подыгрывали Пимену. И добились своего. Иван Грозный снял его кандидатуру.

И всё же государь Пимену не дал ходу! Назвал игумена Соловецкого монастыря св. Филиппа (Колычева). Он происходил из боярского рода, действительно был подвижником, квалифицированным богословом. Филипп вообще являлся одним из учёнейших людей своего времени — был талантливым физиком, механиком, инженером, хозяйственником. В архиве сохранились десятки его изобретений, которые он внедрял в своём монастыре. Это и гигантские гидротехнические сооружения с хитрыми трубопроводами, когда вода из 52 озёр подавалась к мельницам, приводила в движение меха и молоты кузниц. И механическая сушилка, веялка, и устройство для разминки глины при изготовлении кирпичей, и даже оригинальные устройства, ускоряющие изготовление кваса.

Царь знал о его благочестивой жизни, учёности, о его успехах по благоустройству Соловецких островов. Но был ещё один весомый аргумент в пользу его кандидатуры. Именно то, что вся его деятельность проходила далеко от столицы, от политики, борьбы церковных группировок. В этой борьбе он был заведомо «нейтральным», должен был удовлетворять все стороны, мог объективно разобраться, что же твориться в Церкви.

Но, ещё не доезжая Москвы по дороге против св. Филиппа была организована провокация. Он был всего лишь скромным игуменом, и официально государь пригласил его только для «совета духовного», однако новгородская верхушка уже откуда-то знала, на какой пост его прочат! Собрала и выслала к нему огромную делегацию, которая вывалила ему кучу жалоб и просила ходатайствовать перед царём об отмене опричнины. Интересно, почему такие просьбы и жалобы не передавались новгородской знатью через своего архиепископа Пимена — находившегося в Москве? Почему потребовалось загрузить проезжего игумена? А он-то что? Он был человек доверчивый, искренний. Раз просят — его долг передать.

В столице Пимен и его партия сразу встретили св. Филиппа враждебно. А когда он добросовестно выложил государю всё, что навалили на него новгородцы, тут-то его и попытались подставить. Ну а как же, попался — враг царской политики! Иерархи, близкие к Пимену, оказались вдруг горячими защитниками этой политики, по собственной инициативе обратились к Ивану Васильевичу и «просили царя об утолении его гнева на Филиппа»! но просчитались. Ибо государь никакого гнева на него не держал и на поводу у интриганов не пошёл. Он пригласил игумена пообедать с собой, дружелюбно беседовал. Понял, что честного священнослужителя втягивают в дела, в которых он не сумел разобраться. Разъяснял, зачем нужна опричнина. Филипп отказывался от высокого сана, но Грозный уговорил его ради блага Церкви. Поддержала часть иерархов. А чтобы не возникло больше недоразумений и чтобы Филиппа не впутывали в провокации, царь и митрополит разграничили сферы влияния: Иван Васильевич не вмешивался в церковное управление, а святитель не касается государственных дел. И не просто договорились, а 20 июля 1566 г. письменно зафиксировали такое разделение в официальной грамоте об избрании Филиппа на митрополичий престол.

В 1568 г. аристократия начала готовить очередной государственный переворот с целью свержения русского царя. Планировалось схватить государя во время боевых действий и выдать Сигизмунду, королю литовскому, а на трон возвести Владимира Андреевича. И действительно, когда царь в октябре направлялся в стан русского воинства, к нему стали поступать настораживающие сведения.

Оказалось, что король литовский гораздо раньше русских, ещё в сентябре, собрал большое войско, но ведёт себя странно — маневрирует вблизи границ, ничего не предпринимая. Что-то ждёт. А от пленных и агентуры узнали, что именно ждёт. Переворота в России! Эти планы подтверждены документально, сохранилась переписка между Сигизмундом и Радзивиллом, где упоминалось: литовцы действительно рассчитывали на выступление оппозиционных бояр. Царь данных документов, конечно же, не читал, он понял: нити заговора в любом случае должны вести к Владимиру Старицкому. Двоюродный брат находился с ним в ставке, Грозный нажал на него, тот перепугался и заложил заговорщиков. Продолжать поход после раскрытия заговора было бы безумием. Иван Васильевич отменил операцию и выехал в Москву.

И надо же, какое «совпадение»! Когда король узнал об отъезде царя, он тоже покинул войска, распустил армию и предоставил отрядам своих воевод действовать самостоятельно. Больших успехов они не достигли. Русские мужики надавали латинянам по зубам, и те разбежались по домам.

Тем временем в Москве шло следствие. Выявляли заговорщиков и воздавали им по их заслугам. Руководителя заговора — Фёдорова — казнили. Тем не менее, полностью комплот выявлен не был. Удалось отсечь только одну из ветвей, основная часть уцелела. И уже вскоре она проявила себя.

Следующая атака была нацелена не на царя, а на митрополита. Святителя Филиппа с самого момента настойчиво пытались поссорить с государем. Ему снова и снова повторяли жалобы на действительные или мнимые беззакония опричников. А Грозному в это же время внушали, что митрополит оппозиционер, вокруг него собираются заговорщики. Использовались разные предлоги. Например, во время одной из служб кто-то из опричников забыл снять тафью. Тафья — маленькая матерчатая шапочка, перенятая у татар. Её носили под шапкой и «настоящим» головным убором не считали. Только Стоглавый собор уточнил, что в тафьях находиться в церкви всё же нельзя. Митрополит заметил нарушение, указал царю. Но опричник успел сдёрнуть тафью, а Ивану Васильевичу тут же «подсказали», что Филипп нарочно нападает на его слуг. Уже позже историки переврали эту сцену — описали, будто сам царь и его свита вошли в церковь в шапках. Именно на этой фальсификации заостряет внимание и фильм Лунгина, усугубляя её ещё сильнее.

В разных работах, в том числе и в фильме «Царь» приводятся диалоги, где митрополит обличает Грозного, а тот гневается. Достоверными они не являются, поскольку взяты из опусов Таубе и Крузе — ливонские авантюристы, которые никак не могли быть свидетелями этих сцен — им, как иноверцам, запрещалось входить в храмы. На самом деле конфликт развивался иначе, без открытых скандалов. Басмановы и группировка Пимена сумели втянуть в интриги царского духовника Евстафия, и он начал «непрестанно явно и тайно носить речи непотребные» на Филиппа. А капля, как известно, и камень точит. Вольно или невольно Иван Грозный охладевал к митрополиту. Сеялись семена подозрений. Тем не менее, спровоцировать разрыв между царём и митрополитом крамольникам не удавалось. Государь соблюдал изначальную договорённость, в дела Церкви не вмешивался. А принимать наветы за чистую монету не спешил — он же знал, что группа иерархов ведёт игру в пользу Пимена.

Но и св. Филиппа, несмотря на все усилия, оппозиция не смогла сделать противником царя. Когда раскрылся заговор Фёдорова, митрополит выступил в поддержку политики Ивана Грозного, публично обличал епископов, которые сочувствовали изменникам. А это опасно. Как свергнуть царя, если первосвятитель осудит переворот, обратиться к пастве? Ну а подхлестнуло злоумышленников ещё одно обстоятельство. Св. Филипп обнаружил, что в церкви сохранилась ересь, начал собственное расследование. И это было ещё опаснее — позже открылось, что к еретикам принадлежал ни кто иной, как Пимен.

Чтобы не допустить разоблачения, требовались экстренные меры, и крамольники предпринимали их. Обвинили в ереси самого св. Филиппа, а заодно и в измене. Но царь не поверил, потребовал доказательств. Добыть их оказалось делом техники. Враги митрополита быстренько организовали «совместную» комиссию. От духовенства поехали в Соловецкий монастырь Пафнутий Суздальский, архимандрит Феодосий, а от опричных спецслужб Басмановы послали с ними князя Тёмкина-Ростовского. Комиссия с задачей легко справилась. Набрала 10 монахов, недовольных прежним настоятелем или подкупленных, игумена Паисия, которому пообещали сан епископа.

Создали Освящённый Собор. Для его подготовки Пимен три месяца провёл в Москве. Филиппа судила не светская власть, а церковная. Конечно, царь мог бы взять его под покровительство. Но не взял. Он же сам обязался не вмешиваться в церковные дела. Хотя, наверное, сыграло свою роль другое — долгое наушничество и клевета. Если митрополит, в самом деле оппозиционер, враждебно относится к царю, с какой стати его выгораживать? Однако и судить его Иван Грозный не стал и в заседаниях не участвовал.

Главными обвинителями св. Филиппа были те же Пимен Новгородский, Филофей Рязанский, Пафнутий Суздальский. Свидетели выложили то, что от них требовалось, и Собор постановил низложить митрополита. А Басмановы попытались оформить это как можно унизительнее — публично, в Успенском соборе, во время праздничной службы зачли какие-то «ложные книги», сорвали облачение святителя, гнали его мётлами и увезли в темницу Богоявленского монастыря.

Впоследствии была придумана сплетня, будто царь в гневе казнил всех Колычевых, а заключённому послал отрубленную голову его любимого брата Михаила, что и продемонстрировано в фильме. Но это уже вообще голословная ложь! Двое Колычевых даже остались в ближайшем окружении государя, в опричной Думе. А брат Михаил с «отрубленной головой» жил ещё 3 года и умер своей смертью.

Если от выдумок перейти к фактам, то не мешает отметить: Освящённый Собор потребовал смертной казни для св. Филиппа, а Иван Грозный приговор не утвердил. Не духовенство смягчало гнев царя, а наоборот! Оно требовало смерти, а царь помиловал. Постановил сослать в Тверской Отрочь монастырь. Инициаторам гонений пришлось организовать дополнительные меры предосторожности. Они отправили со св. Филиппом своего человека, пристава Стефана Кобылина, который подправил «режим» содержания, превратил ссылку в тесное заключение и изолировал святителя от внешнего мира. И всё же реализовать свои планы оппозиция не смогла, Пимену митрополичий престол так и не обломился. Царь ещё не знал, что он — второе лицо в заговоре, но не мог не видеть в нём карьериста и интригана. Выборы митрополита он без своего контроля не оставил и привёл на этот пост архимандрита Троице-Сергиева монастыря Кирилла.

Через некоторое время заговор против государя был полностью раскрыт. Тогда же открылась и клевета на св. митрополита Филиппа. После чего Иван Васильевич моментально отправляет к нему своего доверенного Малюту Скуратова. Зачем отправил, признал даже Курбский: просить святителя о благословении и возвращении в Москву. Потому что Иван Грозный как раз в это время оповестил духовенство о созыве Освящённого Собора, против Пимена и прочих еретиков! Но у заговорщиков оставались люди рядом с самим царём. Св. Филипп был слишком опасным свидетелем, он и сам многое узнал о сектантах. А охранял его ещё один человек заговорщиков, пристав Стефан Кобылин. Кто-то дал знать… Когда Малюта прибыл к св. Филиппу, он застал его только что умершим — от печного угара. Опричнику ничего не оставалось делать, кроме как доложить царю и арестовать Кобылина за плохое содержание митрополита. Но даже эта сцена в фильме Лунгина перевёрнута с ног на голову.

От справедливого наказания не ушёл никто. Карающий меч русского царя обрушился на всю ту поганую боярскую кодлу, погубившую русского митрополита и близкого русскому государю сподвижника.

Из всего того, о чём шла речь выше, становится совершенно отчётливо видно, насколько не соответствует исторической действительности якобы реально описывающий произошедшие события фильм «Царь». Это убогое творение — прямая угроза информационной безопасности каждого человека в нашей стране, в первую очередь — детей и молодёжи.

Нам следует остановиться ещё на ряде несоответствий. Мы должны обратить своё внимание на образ супруги государя, предстающей дикой, психически неуравновешенной, взбалмошной бабы, получающей удовольствие от жестоких наказаний и прочих извращений. А так ли на самом деле? Неужели русский православный государь, бывший одним из самых образованных людей своего времени мог позволить себе такое. Нет! Это очередное фарисейство! Однако историческим фактом является то, что супруги русского царя, извините за выражение, дохли как мухи. Четыре раза Иван Васильевич играл свадьбу, и четыре его жены — Анастасия, Мария Темрюковна, Марфа, Анна Колтовская — умирали при крайне странных обстоятельствах в расцвете лет. Но эти обстоятельства были установлены. Гораздо позднее.

В 1930 году был снесён Вознесенский девичий монастырь, где хоронили русских цариц, а их могилы принялись изучать археологи. И тут обнаружилось удивительное: Марфа Васильевна лежала в гробу «как живая», разве что бледная, совершенно не тронутая разложением, хотя прошло ни много ни мало 360 лет. Подобное может происходить при попадании в организм большого количества мышьяковидных препаратов. — Вот те самые «странные обстоятельства», которые приводили к смерти супруг государя.

Поражает дикий навет на опричнину, представленную в киноленте как группу безбашенных отморозков. Что самое главное — совершенно ясно, чем руководствовались создатели фильма в изображение этого института государственной власти времён царя Ивана — творениями некого немца Штадена (якобы опричника, по фильму), Таубе и Крузе — ливонских авантюристов, о которых мы упоминали чуть выше, и, конечно же, сочинениями предателя царя и Отечества Курбского. Безусловно — это что ни на есть самые веские аргументы.

Эту фальшивку, которую пытается Лунгин со своими холуями протолкнуть как истину, легко развенчать. В государственных архивах Российской Федерации имеется полный поимённый перечень опричников Ивана Грозного, совершенно открытый и доступный каждому желающему. И к великому сожалению режиссера фильма «Царь», Павла Лунгина, в этом перечне, увы, отсутствует фамилия Штадена, а также Таубе и Крузе. А раз их нет, то о чём может идти речь? О какой достоверности? И все те описания, кои приводятся в их опусах, лживы и лицемерны. Как можно руководствоваться подобным ханжеством? Но мифы, которые были запущены этими людьми, к примеру, о том, что опричники у сёдел имели привязанные собачьи головы и мётлы, живы до сих пор и активно использованы в киноленте. Скажем более, именно на этих мифах и держится вся картина.

Что такое опричнина? Давайте разберёмся в терминах. Слово «опричь» по-русски означает «кроме». Ещё в 1425 г. московский князь Василий Дмитриевич в своём завещании отдал супруге пятьдесят два села «в опричнину», т. е. в полное самостоятельно владение. Отсюда следует, что в опричнине Ивана Грозного руководство имела исключительно воля царя.

Что касается пёсьих голов и мётел, на которые неоднократно в фильме делался акцент — это полный бред. В знак своей принадлежности к опричнине «порученцы» Грозного носили на поясе шерстяную кисть — это и был символ метлы, выметающей измену. Что касается формы одежды, так имеются достоверные указания на то очевидца тех событий дьяка Ивана Тимофеева, который писал: «Всех их он [Грозный] от головы до ног облёк в тёмное одеяние и повелел каждому иметь у себя таких же, как и одежды, коней».

В опричнине состояли люди с земли, а иными словами черносотенцы, сыны православных священников и казаки.

Быт их и устройство жизни напоминали духовно-рыцарские ордена Европы. Из 300 опричников, отобранным самим царём, была образована братия. Поэтому опричное войско представляло собой, говоря современным языком, службу безопасности царя, своеобразный кремлёвский полк.

И последним штрихом, относящимся к бездарной, вредной и опасной картине Лунгина «Царь» должна стать та цифра, которая сказала бы, сколько было казнено людей за всё время правления Ивана Васильевича Грозного. Поскольку режиссер помешан на демонизации фигуры великого царя. И эта цифра составляет от 3 до 4 тысяч.

Для сравнения:

- только за период правления Генриха VIII (что предшествовало вступлению Ивана IV на престол) и только за бродяжничество в Англии было повешено свыше 72 тысяч ни в чём не повинных людей, согнанных с земли в ходе так называемых огораживаний;

- во времена Ивана Грозного католическая церковь еретиков сжигала тысячами. В одной Варфоломеевской ночи было вырезано примерно 80 тысяч протестантов.

Давая правовую оценку художественному фильму «Царь» режиссера П. Лунгина, констатируем: кинолента является фальсификацией истории, наносящей ущерб интересам России, объективно не отражающей русскую историю, унижающей и оскорбляющей русский народ. Главная цель ленты — изменение исторической памяти народа, подмена исторической реальности фальшивкой. К сожалению, на сегодняшний момент нет абсолютно никаких санкций к такому фальсификатору как Лунгин и ему подобным, что, безусловно, является пробелом в праве, требующим ликвидации подобных действий..

Не стоит забывать одного… «есть и Божий суд…» После кончины Ивана его изображали святым на иконах, оформленных согласно всем канонам. И на сегодняшний момент, первый русский православный царь Иоанн Васильевич IV Грозный является местночтимым православным святым в Москве, иными словами, он причислен к лику святых. Мало того, иконы первого русского православного царя мироточат, о чём гласят многочисленные свидетельства. А это означает, что Господь благоволит к тому, кто написан на ней, что душа этого человека в раю, более того, он имеет сугубую благодать молиться о нас. Так что господин Лунгин — исторический еретик, покусился на нечто большее, нежели просто на историю…

***

P.S. Всем известна знаменитая картина И. Е. Репина «Иван Грозный и сын его Иван», которая описывает сцену, якобы убийства царём своего сына. На самом деле этого событии не было, что уже подтверждено документально. Но, мало кому известна история написания этой картины.

Сам Илья Ефимович вспоминал: «Я работал завороженный. Мне минутами становилось страшно. Я отворачивался от этой картины, прятал её. Но что-то гнало меня к этой картине, и я опять работал над ней».

Для умирающего царевича позировал писатель М. В. Гаршин, который впоследствии сошёл с ума.

Царём Александром III картина была запрещена к публичному показу. А выставленная впервые при Николае II, она была изрезана молодым человеком, который по профессии своей был иконописцем.

У Репина вскоре после завершения работы над картиной необъяснимо стала сохнуть правая рука. Причину врачи так и не определили…

_________________
"Знать - это одно; верить, что знаешь - совсем другое. Знать - это наука, но верить, что знаешь - это невежество". (Гиппократ)


Вернуться наверх
 Заголовок сообщения: Re: Царь....
СообщениеДобавлено: 23 ноя 2009, 01:00 
Не в сети
Политрук
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 07 фев 2005, 12:48
Сообщений: 19935
Сайт: http://www.dental-revue.ru
Откуда: г. Тверь - Москва
Цитата:
Процесс объединения русских земель вокруг Москвы в единое государство закончился только к началу XVI века.

Иван IV Грозный присоединяет к Руси Среднее и Нижнее Поволжье, усиливается русская экспансия в Сибири. Россия становится великой европейской державой. Но окончательно сломить наследие Древней Руси — феодальную раздробленность и её производное — самовластие удельных магнатов и традицию местничества — Иван Грозный был ещё не в силах даже путём репрессий.

Но важно отметить один малоизвестный, но основополагающий факт его правления — вошедший в историю как жестокий тиран и деспот, Иван Грозный реализовал в России обширные демократические и общественные реформы, не имевшие на то время аналогов по своей масштабности.

Демократическая реформа «тирана» Ивана Грозного заключалась в повсеместном введении на Руси местных самоуправлений — земств.

Вместо феодальных «кормлений» наместников в 1555–1556 годах Россия была поделена на уезды, которые состояли из города и сельских общин, соединённых в волости и станы (пригородные волости). В городах и волостях из «лучших» посадских людей и черносошных крестьян выбирали на один-два года земских старост. Они вели раскладку податей и повинностей, записывали «в тягло», контролировали меры и весы, клеймили лошадей, проводили мирские выборы. Коллегия земских старост вела суд по мелким гражданским и уголовным делам.


Следующий уровень самоуправления представляли губные старосты (губернаторы). Духовенство, дворянство и чёрные крестьяне выбирали в городе и уезде из высшего дворянства двух губных старост, которые вели следствие и суд по особо опасным делам, могли выносить смертные приговоры. В помощь им выбирались из «лучших» посадских и крестьян губные целовальники (присяжные заседатели), дьячки (секретари) и полицейские чины (сотские, пятидесятские, десятские).

Губные старосты и выборные городовые приказчики (судейские чиновники) осуществляли контроль над земством. Полномочия местной власти были настолько широки, что царская администрация не имела права арестовать человека, не предъявив его представителям местного самоуправления — старосте и целовальнику (получить санкцию местной власти), иначе последние по требованию родственников могли освободить арестованного и взыскать с представителя администрации соответствующую пеню «за бесчестье». То есть в ходе создания системы местных самоуправлений в России была проведена и судебная реформа — введён суд присяжных, общественный надзор за следствием и презумпция невиновности.


Представитель центральной власти в регионе — воевода должен был смотреть за тем, «чтобы государство было цело, чтобы везде были сторожа, беречь накрепко, чтобы в городе и уезде не было разбоя, воровства». Воевода ведал вообще всеми отраслями ведения самого государя, но власть его была небезусловна, и он её практиковал совместно с представителями общественного самоуправления.

Характеризуя систему государственного управления, сложившуюся при Иване Грозном, Ключевский писал: «Оба источника правительственных полномочий — общественный выбор и правительственный призыв по должности — тогда не противополагались друг другу как враждебные начала, а служили вспомогательными средствами друг для друга».

С учётом этих преобразований главным результатом пресловутой опричнины стало не создание одиозного опричного войска, а массовое освобождение крестьян от крепостной зависимости.

Вотчинные крестьяне, жившие на попавших в опричнину землях, переходили в состояние государевых черносошных крестьян — то есть обретали личную свободу, получали гражданские и избирательные права. Население опричнины могло переходить и в статус служилого сословия — стать опричниками, дворянами-однодворцами или перейти в сословие торгового люда. Крестьяне в опричных землях были организованы в самоуправляемые общины, причём свободу крестьяне получали вместе с землёй, которую государь жаловал общинам в пользование.

Эта реформа хотя и не была всеобщей, но её суть была более прогрессивной, чем отмена крепостного права при Александре Освободителе.

При Иване Грозном были созданы и представительные демократические органы всерусского масштаба — Земские соборы, которые состояли из выборных от земств и от сословий. Соборы играли скорее совещательную роль, но с конца XVI века у Земских соборов появляется важнейшая функция, они начинают утверждать вступление на трон монархов. Хотя престол передавался по наследству, считалось, что царь непременно должен получить одобрение выборных от всех сословий. Первым царём, утверждённым собором, был Фёдор Иоаннович.

_________________
"Знать - это одно; верить, что знаешь - совсем другое. Знать - это наука, но верить, что знаешь - это невежество". (Гиппократ)


Вернуться наверх
 Заголовок сообщения: Re: Царь....
СообщениеДобавлено: 23 ноя 2009, 01:05 
Не в сети
Политрук
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 07 фев 2005, 12:48
Сообщений: 19935
Сайт: http://www.dental-revue.ru
Откуда: г. Тверь - Москва
Цитата:
Петербургский священник дал оценку фильму П. Лунгина «Царь»


За одно только хочется поблагодарить режиссера Павла Лунгина: нельзя обойти молчанием его последнее вышедшее в свет творение. Потому как молчанием предается Бог. Это как раз не тот случай, когда молчание – золото. На мой взгляд, не имеет особого смысла возмущаться тем, что фильм исторически однобок, тенденциозен и не дает ни малейшего представления о личности настоящего Ивана Грозного. Мне кажется, что не личность Царя – главная мишень экранизации. В данном случае личность монарха используется как рычаг, а опорой сему рычагу избрана твердая почва лучших и святых чувств зрителей. В первую очередь тех из них, которые являются потомками жителей Московского царства ХVI века. И вот изо всех сил упираясь этим кривым рычагом в самое чистое и святое, что у людей ещё осталось, пытаются с корнем выворотить идею самодержавия в умах и сердцах русского народа.

Таким же искривленным рычагом служила в своё время личность Григория Распутина. Не в том было дело, чтобы очернить сибирского мужика сверх всякой меры, а в том, чтобы через это свалить престол Русских Царей. Но помилуйте, – скажут некоторые, – ведь именно это и удалось. Вот уже скоро 100 лет как народ бросил в грязь и скипетр и державу Российские, он и думать забыл о самодержавии в стране. Если бы оно так до конца и было, то режиссер Павел Лунгин мог бы спокойно сегодня показать правду о Грозном царе, как, например, его американский коллега Мэл Гибсон своим, действительно, шедевром «Храброе сердце» не вдохнул достаточно храбрости ни в одно сердце ни единого шотландца для того, чтобы выступить против Британской короны. Равно как после показа фильма с говорящим названием «Последний самурай» вряд ли кто-то серьезно обеспокоится тем, что в Японии вдруг возродится самурайский дух. Да, шотландцев селекционировали, японцев приручили. А нас? А вот нам оказывается ещё надо показывать такие фильмы, как лунгинский «Царь».

По этому поводу неизвестный поэт сказал: «Нас опоили крепким ядом, нас кормят жирной беленой и спать укладывают рядом, укрывши смертной пеленой». Значит, мы ещё достаточно дики, опасны и непредсказуемы для тех, кто пытается нас выпасать и кого нельзя назвать добрыми друзьями. Видимо, эшпаевский бездарный сериал показался «добрым друзьям» из правительства Москвы не достаточно «жирной беленой», если они профинансировали фильм Павла Лунгина. Ему ведь доверяют, он снял такой православный, такой правдивый «Остров».

Можно снять сотню лживых фильмов, но факты упрямая вещь. Первый Русский Царь присоединил к России царства Казанское, Астраханское, Сибирское, Ногайскую орду и Пятигорье, более чем вдвое раздвинул пределы своей державы. Прирост населения по разным подсчетам составил 30-50%. Основано было более 150 новых городов и крепостей, плюс учреждение Земских соборов, плюс административные реформы, судебная реформа, создание регулярной армии, почтовой службы, сети образовательных школ, книгопечатание и т.д. За почти полвека своего царствования по приказу Царя Иоанна IV казнено порядка пяти тысяч человек, включая уголовных преступников. Для сравнения в Англии первой половины XVI века повешено только за бродяжничество 70 тысяч. Во Франции в том же XVI веке всего за три дня без суда и следствия уничтожено 30 тысяч протестантов.

А чем похвалиться сегодня России? Оттяпали от себя миллионы квадратных километров с десятками миллионов человек, зато мы теперь независимы. Вымирает коренное население – не беда, у нас толерантность и свобода передвижения и другие «прелести». Инфляция и безработица – зато свободный рынок. Коррупция и преступность – зато нет смертной казни и есть права человека. С армией не всё в порядке? Но у нас же нет внешних врагов, и есть много милиционеров. Прибыль и сырьё уходит за границу, но ведь у нас есть «главная ценность», ради неё можно многим пожертвовать, у нас есть демократия! Вот, примерно, то, чем можно сегодня в России похвастаться.

Нельзя не сказать и о Церкви. В отличие от времен дореволюционных она ныне отделена от государства и это имеет для неё на современном этапе несомненное благо. Происходящие процессы в Церкви во многом обратны тем, что мы наблюдаем в государстве. Но всегда ли можно верующему человеку разграничить понятия «страна» и «Родина»? И во всяком случае позволительно ли отмежеваться в сердце своём от государства, сохраняя любовь к христианскому Отечеству? В этом смысле никакая политическая или религиозная фигура не заменит того, кто называется Помазанником Божиим. Во всяком случае, на российской почве это так и было. Если представить себе невозможное, и завтра воссядет и венчается на престол самодержавный владыка, Церковь не сможет отделить себя от его помазанничества, а государство от его самодержавной власти. Вот то, что сегодня пугает многих. Не Царь и Великий князь Иоанн Васильевич IV так страшен, как идея, за которую он боролся всю жизнь. Если она опять восторжествует и гром великий грянет, сколько и чьих голов слетит тогда с плеч? Страшно? Страшно!

В 1530 году 25 августа в день и час рождения первого Царя Российского Иоанна Васильевича разразилась такая страшная гроза, какой, современники говорили, не было от создания мира. Так его тогда и прозвали – Грозный. Грозно и молневидно являлось на свет Русское Царство. Раскаты тех далеких громов достигают и до нас, слышны и поныне нашим городам. Их звуки не дают забыть никому величие, славу и грозную поступь Великой Империи. Но самое страшное для недругов это то, что звуки эти, кроме всего прочего, ещё и предвещают нечто. Это им просто невыносимо. Невыносимо сознавать, что жирная кровавая точка, поставленная на русском самодержавии, расплывается и исчезает. Само небо о том свидетельствует тем, кто ещё не потерял веру.

1530 год, село Коломенское, Василием III заложен храм Вознесения Господня в честь рождения наследника – будущего первого Царя Российского. 1917 год, 2 марта, село Коломенское, чудесное явление Державной иконы Божией Матери сразу после отречения последнего Царя Российского. Она принимает в свои руки державу и скипетр Православного царства именно в том самом храме. Этот упрямый факт русской истории мог бы стать великолепной темой для экранизации. И наверняка есть у нас честные профессионалы, которые могли бы это сделать, но как мы выяснили, русский человек ещё не достаточно приручен, чтобы ему открывать глаза на прошлое, а тем самым на настоящее и будущее. В этой связи хочется поделиться впечатлением человека, который имел участь быть зрителем киноленты «Царь». «Ощущение возникает какой-то принудительной психиатрии, как будто тебя хватают и насильно делают болезненный укол прямо в мозг и даже в саму душу. Короче, делают прививку от болезни, которою 370 лет болели наши предки, она называется любовью к Царю».

_________________
"Знать - это одно; верить, что знаешь - совсем другое. Знать - это наука, но верить, что знаешь - это невежество". (Гиппократ)


Вернуться наверх
 Заголовок сообщения: Re: Царь....
СообщениеДобавлено: 23 ноя 2009, 01:21 
Не в сети
Политрук
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 07 фев 2005, 12:48
Сообщений: 19935
Сайт: http://www.dental-revue.ru
Откуда: г. Тверь - Москва
Цитата:
Разница между Иваном и западными монархами одна - в том, КОГО он казнил.
По западным меркам простой крестьянин - быдло, скот, не человек. А богач, барон, боярин и пр. - человек. Таким образом, в глазах запада Иван Грозный казнил 4 тысячи человек, а их монархи вообще никого ни убивали - просто снизили "поголовье скота" на несколько сотен тыс.

_________________
"Знать - это одно; верить, что знаешь - совсем другое. Знать - это наука, но верить, что знаешь - это невежество". (Гиппократ)


Вернуться наверх
 Заголовок сообщения: Re: Царь....
СообщениеДобавлено: 24 ноя 2009, 03:16 
Не в сети
Политрук
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 07 фев 2005, 12:48
Сообщений: 19935
Сайт: http://www.dental-revue.ru
Откуда: г. Тверь - Москва
Цитата:
Новый фильм Павла Лунгина "Царь" вновь всколыхнул в России застарелые споры о личности Иоанна Грозного, которые продолжались весь ХХ век. Что и неудивительно: все последнее столетие Россия никак не может разобраться со своим отношением к жесткой руке власти.


В России уже давно существуют два Ивана Грозных. Один — реально исторический персонаж, другой — литературно (а чаще политически) преобразованный. Второй оказался явно сильнее первого, принесенного, по сути, в жертву конъюнктуре момента: в тоталитарных условиях из обрывков летописей и деяний последнего Рюриковича лепили государственника; в пору становления гражданского общества и борьбы за либеральные ценности из тех же источников формировали образ деспота-садиста. Сегодня причудливым образом оказались востребованы оба.


Модный Грозный

Мода на Грозного как общероссийский тренд впервые возникла в самом начале XIX столетия, когда дворянские дети, пережив шок от Отечественной войны и вторжения своего французского кумира, оказавшегося вдруг никаким не прогрессивным цивилизатором, а страшным завоевателем, стали разом обращаться к русской истории и народной духовности. Сборник фольклора Кирши Данилова с народными песнями и сказаниями о "делах державных" был едва ли не самым популярным в ту пору изданием. "В песнях об Иоанне Грозном народ сохранил воспоминание только о светлой стороне его характера,— писал фольклорист Петр Киреевский.— Он поет о славном завоевании Казани и Астрахани; о православном царе, которому поклонились все орды татарские; но не помнит ни об его опричниках, ни об других его темных делах..." Однако вспомнили и о них — одним из первооткрывателей был юный гусар и кутила Мишель Лермонтов, написавший в 1838 году "Песню про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова". Сюжет, кстати, взят из народной песни про царского шурина Темрюковича, которая была опубликована в том самом фольклорном сборнике, но Лермонтов к сюжету подошел творчески: он сочинил образ Грозного (которого не было в оригинале) и усилил его фигурой лживого опричника. Прогрессивная общественность николаевской России в этом усмотрела особый смысл, и Виссарион Белинский объявил "Песню" гимном борьбы против царской тирании. Так и появились два царя Ивана.


Дальше — больше. В Петербурге прогремел роман-драма "Опричник" Ивана Лажечникова, тут же запрещенный цензурой. Что, естественно, только подогрело интерес публики к мистической фигуре древнего царя. Потом вышел "Князь Серебряный" Алексея Константиновича Толстого, Чайковский поставил оперу "Опричник", а Репин написал "Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года" (или в просторечии "Иван Грозный убивает своего сына"), которая произвела настоящий фурор в Третьяковской галерее: до этого никто не смел изображать самодержца в образе безумного убийцы. Когда эти два слова — "безумный убийца" — были произнесены, миф о тиране — основателе Российского государства зажил своей собственной жизнью.


Спустя 100 с небольшим лет после "разделения" царя Ивана советский кинорежиссер Сергей Эйзенштейн попытался преодолеть этот раздел и собрать обе половинки. В первой части его эпопеи Грозный предстал государственником и несгибаемым борцом с феодальной раздробленностью и внешними врагами. Во второй — тираном, патологической личностью и создателем кровавой банды опричников-дегенератов. Объемного образа не получилось — за державника творец был обласкан властью, а за маньяка — ею же замордован.


"Неоднозначный царь", то есть который, с одной стороны, светел, а с другой — темен, с тех пор никому не давался в руки. Не дался он, как представляется, и Лунгину, тем более что Лунгин такой задачи явно не ставил.


Очередной "Царь" не сказал ничего нового, хотя и добавил черных красок: Иван у Лунгина получился юродивым маньяком, который просто наслаждается созерцанием массовых казней и различных душегубств. Измены, заговоры, войны с поляками и ливонцами — все на заднем фоне, просто как повод для очередного кровопускания. Режиссер к тому же объявил Грозного виновником всех исторических бед России: "Я убежден, что Грозный сломал русское Возрождение. Россия была беременна Возрождением. Это видно в архитектуре, в иконописи. Но что-то надломилось. И Россия прекратила поступательное движение вверх. Спиралька, по которой должно идти любое общество, уплощилась и превратилась в карусельку, так мы и движемся по кругу..."


По кругу, надо сказать, пошла и реакция на очередную версию царя Ивана — случился приступ настоящей ярости у сторонников немедленной канонизации Грозного в чине православного святого. Они пошли в атаку, потрясая древними пергаментами, утверждающими, что в действительности Иван Васильевич никогда не убивал митрополита Филиппа Колычева, а, напротив, любил его и очень уважал. И сына своего Иван не убивал, хотя Репин полагал иначе. И вообще, весь сценарий — чистой воды выдумка, как и все сплетни о садизме Грозного.


По этому кругу можно ходить бесконечно. Но если есть желание и готовность вырваться из него — достаточно просто поместить реального царя Ивана Васильевича в контекст тех исторических обстоятельств и тенденций, которым он был современником.


Суверенный "абсолютизм"

Что объяснит события в России XVI века лучше, чем сами события?


Вот, например, существует всеобщее убеждение, что опричнину придумал Грозный. А ведь на самом деле это совсем не так. Иоанн Васильевич, будучи просвещенным человеком своего времени, западником и реформатором, просто подсмотрел у коллег по цеху, как работали аналогичные отряды в других европейских державах.



Пионером, бесспорно, была Англия, где в конце XV века правил король Генрих VII Тюдор — кандидат дома Ланкастеров, добившийся власти после разрушительной войны Алой и Белой розы. Страна тогда лежала в разрухе, и для восстановления "вертикали власти" Генрих стал применять такие методы, по сравнению с которыми блекли все зверства "военного коммунизма". Для борьбы с непокорными баронами Генрих VII учредил особый трибунал — "Звездную палату" (Camera stellata), это название произошло от украшенного звездами потолка зала в королевском дворце в Вестминстере, где проходили закрытые процессы против дворян. Вскоре "Звездная палата" стала символом королевского произвола и террора. В это же самое время на другом конце Европы король Фердинанд II, владыка Кастилии и Арагона, создал свою опричнину, так называемые эрмандады — вооруженные отряды выходцев из низшего дворянства, которые стали опорой короля в борьбе с непокорными вельможами и духовенством. Члены этих союзов довольно скоро завладели всем имуществом аристократии и назначали сами себя на все важные посты и в королевский совет. По соседству имелась альтернативная модель — португальский король Энрике расправлялся с внутренней оппозицией с помощью Святой инквизиции и вошел в историю как фанатичный охотник за еретиками, которые все как на подбор были представителями старой аристократии.


Можно посмотреть и на басурман. Выходцы из низов были опорой османского султана Селима I, который также вошел в историю под именем Грозного. Жестокость этого человека соответствовала духу эпохи: Селим завладел престолом в результате переворота, казнив своего отца султана Баязида II Святого. Правление начал бодро: с первых же дней Селим Грозный объявил о конце политики религиозной веротерпимости и открыл сезон охоты на христиан и еретиков-шиитов. Только за два года янычары султана казнили более 40 тысяч человек. Невероятную жестокость Селим проявлял и в отношении к своим придворным. Особенно часто Селим Грозный любил казнить своих визирей, и назначение на этот пост воспринималось вельможами как смертный приговор (в Турции тех лет появилась даже поговорка-проклятие: "Чтоб тебе быть визирем у Селима!"). Кстати, как и Иоанн Васильевич, Селим Грозный прославился своими завоевательными походами, которые подготовили плацдарм для дальнейшего расширения империи, которое произвел сын и наследник Селима — султан Сулейман I Великолепный.


Теперь о жестокости. Тут стоит вспомнить биографию английского короля Генриха VIII Тюдора, ставшего основателем англиканской церкви. Поводом для раскола с католиками стал отказ папы римского Климента VII утвердить развод Генриха с Екатериной Арагонской. После разрыва с папой в Британии развернулись жесточайшие репрессии для того, чтобы принудить английское духовенство к новым порядкам. Одной из первых жертв религиозных гонений стали монастыри, главы которых отказались принести клятву королю. В ответ Генрих VIII велел просто повесить настоятелей всех монастырей, а их имущество — конфисковать. По оценкам историков, за время его правления в Британии было уничтожено 376 монастырей, а более 70 тысяч человек казнено и сожжено на кострах.


Его наследница Елизавета I, кстати, несостоявшаяся невеста Ивана Грозного, вошла в историю как автор самых жестких законов против бродяжничества — так тогда называлась попытка английских крестьян сбежать от налогов и повинностей. Смертью каралось любое преступление крестьян против господ. Английский историк Страйп указывал, что при Елизавете "бродяг вешали целыми рядами, и не проходило года, чтобы в том или другом месте не было повешено их 300 или 400 человек". Для сравнения: в "Судебнике" Ивана Грозного от 1550 года смертная казнь предусматривалась только за вооруженный разбой на дорогах и убийства своих жертв.


А вот небольшая черта из биографии Карла V, императора Священной Римской империи. В очередной раз повздорив с папой, Карл взял штурмом Рим, перебил практически всех жителей и подчистую разграбил великий город. Кровь лилась потоками, но вряд ли сегодня кому-то придет в голову упрекать Карла V в задержке Ренессанса.


Вывод очевиден: наш Грозный был самым обычным политиком той эпохи, когда на месте феодальной вольницы утверждался прогрессивный строй абсолютной монархии. Его садизм вовсе не эксклюзивный, а вполне соответствующий нравам того времени — крайняя жестокость отличала всю эпоху, еще не освоившую цивилизованных приличий. И не было никакой особой российской дремучести и свирепости в общении с подданными, а была некая универсальная норма поведения властителя.

Другое дело, что и Англия, и Португалия с Испанией, пережив период абсолютизма, пошли дальше, постаравшись как можно крепче забыть все неудобные моменты. А вот российское общество продолжает ковыряться в своих ранах — то ли национальный мазохизм у нас такой, то ли и правда приказа ждем. Но только вот сам Иван Грозный здесь совершенно точно ни при чем. Оставьте, наконец, его историкам.
Жесткость власти в обращении с поданными была обычным делом для эпохи, ставшей переходным периодом от феодализма к абсолютной монархии

_________________
"Знать - это одно; верить, что знаешь - совсем другое. Знать - это наука, но верить, что знаешь - это невежество". (Гиппократ)


Вернуться наверх
 Заголовок сообщения: Re: Царь....
СообщениеДобавлено: 26 ноя 2009, 23:53 
Не в сети
Политрук
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 07 фев 2005, 12:48
Сообщений: 19935
Сайт: http://www.dental-revue.ru
Откуда: г. Тверь - Москва

:allllkg:

_________________
"Знать - это одно; верить, что знаешь - совсем другое. Знать - это наука, но верить, что знаешь - это невежество". (Гиппократ)


Вернуться наверх
 Заголовок сообщения: Re: Царь....
СообщениеДобавлено: 08 окт 2012, 11:33 
Не в сети
Политрук
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 07 фев 2005, 12:48
Сообщений: 19935
Сайт: http://www.dental-revue.ru
Откуда: г. Тверь - Москва
Цитата:
Давно хотел написать об опричнине. А никак не получалось. И не мог понять, почему. Но потом понял. Дело в том, что опричинина, сама по себе. просто часть жизни Ивана, не рассказав о которой, к теме никак не приступить. Ежели же рассказывать, то получится уже повествование не о "кровавом тиране", а о хорошем и мудром человеке, стойно Ричарду III, Годунову, Макбету или Нерону, облоганном посмертно по политическому заказу. А это всяко интереснее. Только, как бычно, прошу учесть: ликбез - не исследование. Это всего лишь максимально краткое изложение точных фактов в их логической последовательности, с учетом труда десятка подлинных исследователей, прилежным эпигоном которых выступаю я, позволяя себе разве что дополнить их выводы толикой своих соображений...

( Свернуть )

Не думаю, что есть смысл брать старт с самого начала. Ну да, трудное детство, без отца, маму отравили, самого обижали всяко, комплексы копились, мятеж в Москве нервы сорвал, но все это, как известно, не помешало Ване парнем хотя и импульсивно-жестким, крови не боявшимся (а кто ее тогда боялся?), но, в принципе, не хуже и не лучше прочих. Так что, пожалуй, начнем не с детских лет, а с общеизвестной «карамзинской» схемы. Жил себе поживал на Москве юный царь Иван, имел «избранную раду» друзей (аристократ Андрей Курбский, друг детства, братья Адашевы, - родом попроще, - хват Алексей и храбрец Данила, да интеллектуал поп Сильвестр), жену Анастасию, умницу-красавицу, старого учителя, митрополита Макария, они на него хорошо влияли, он их слушался во всем, и все было хорошо. Аж до начала Ливонской войны. А потом вдруг, после смерти жены, «усмирявшей» злой нрав мужа, взбесился, и пошел рубить головы всем подряд – и боярам-княжатам, невзирая на заслуги, и бывшим друзьям. Став сперва «Грозным», а затем и «Безумным». И вообще, тираном. Странно как-то это самое «вдруг». Вот и давайте разберемся.

Прежде всего, совершенно ясно: первая кошка пробежала между царем и его «ближним кругом» чуть ли не сразу после присоединения Поволжья, и суть разногласий была предельно проста: что дальше? В том, что приостанавливать экспансию нельзя, все были вполне согласны. Россия была на подъеме, готова и к усилиям, и к рывку, имела войска, деньги, припасы, короче говоря, все, что нужно для реализации самых обширных планов. Вопрос заключался в том, какое направление избрать. Вариантов было ровно два: продолжать движение на юг, в направлении Крыма (а чем он лучше Казани и Астрахани) или развернуться на запад, в Ливонию, и логика была в любом из решений.

Крым, безусловно, досаждал. Крым тревожил набегами богатые южные вотчины, и это злило боярство, считавшее, что хана пора прижать к ногтю, благо, после Казани, Астрахани и Ногаев дело казалось не слишком сложным. Более того, покончить с Крымом означало присоединить к России богатейшие земли Дикого поля, - то есть, опять-таки округлить вотчины бояр, а кроме того, и государственные земли, сняв необходимость частичных конфискаций земли у вотчинников (о чем Иван поднимал вопрос еще раньше, на Стоглавом соборе). Короче говоря, очень богатая идея и очень вкусный приз. Однако и куда более мощный, нежели Казань с Астраханью, многолюдный, хорошо организованный, и тем более опасный, что за его спиной маячила Порта, - на тот момент самая сильная и очень агрессивная держава мира.

С другой стороны, досаждала и Ливония. Орден, имея в активе договор с Польшей, вел себя предельно нагло, задолжал дань аж за полвека (в 1502-м по договору обязался платить, но не выплатил ни копейки), а главное, мешал реализовывать государственные проекты (например, в 1548-м под страхом смерти развернули назад более сотни специалистов разных профилей, нанятых Иваном в Германии). И плюс ко всему, обнулить Орден (это общеизвестно) означало бы получить полноценный выход к морю, с ухоженными портами, причем, формально «возвращая отчины и дедины», отнятые когда-то немцами и шведами. А самое главное, в это время всем уже было понятно, что Орден поражен системным кризисом и находится на грани распада. Промедлить с «западным» вопросом означало бы отдать Прибалтику в куда более сильные руки, получив на границах новых, опасных врагов.

С точки зрения геополитики, ясен пень, важнее был Запад. Крым грабил, кусал, но не более того, и Турция, занятая войной с персами и Империей, особо не докучала, а вот Ливонии вот-вот могла начаться Большая Игра, и царь, судя по его действиям, это прекрасно понимал. Зато у думных «западный» вектор никакого восторга не вызывал. Особых земельных богатств на этом направлении не предвиделось, «немци» были врагом незнакомым и опасным, тем паче, с мощной «крышей» в лице Священной Римской Империи Габсбургов. А главное, затянись война на западе всерьез и возникни у государства нужда в деньгах, - что было более чем вероятно, - единственным источником дохода могла стать только частичная конфискация боярских земель, - и хотя об этом не говорилось вслух, это понимали все.

Короче говоря, споры на эту тему в Думе не могли не быть жесткими, и судя по всему, что случилось дальше, решение «На Запад!» было пробито лично Иваном, и не без великого труда. Вполне возможно, - это допущение, - с помощью митрополита Макария, которому не могла не греть душу идея слегка поджарить «латыну» и «лютеров» (с мусульманами Церковь ладила). И поначалу все было как нельзя лучше. Польша сразу вмешаться не могла, требовались длительные согласования, Литва интересов в Ливонии не имела, так что сразу пошли победы. В январе 1558 года русские войска прошли вдоль-поперек почти всю Ливонию, до Риги и Ревеля, взяли много важных городов, в том числе важнейший порт Нарва и Юрьев, несправедливо именовавшийся Дерптом, и вышли к границе Восточной Пруссии. Европейские листки уже писали ужасы о том, что даже шведский король «только ценой денег смог купить себе мир» и «если суждено какой-либо державе в Европе расти, так именно Москве».

В самом деле, по всем приметам, Россия брала Прибалтику всерьез и надолго. При полном, между прочим, одобрении туземцев, с появлением русских войск взявшихся за топоры против хозяев, а пришельцам оказывавших всяческую помощь. Разумная политика Ивана лишь укрепляла готовность горожан идти на компромиссы. И был резон: ужасный «тиран и варвар» резню не устраивал, а вот милости оказывал вовсю. Скажем, Нарве, ненавидевшей Ревель, как исконного конкурента, не позволявшего ей вступить в Ганзу, царь, - в пику ревельцами, - предоставил совершенно невиданные льготы. Город освободили от постоя, жителям предоставили полную свободу вероисповедания, нарвские купцы (на дикую зависть ревельским)получили право беспошлинной торговли по всему царству Ивана плюс право посылать караваны в Германию. А еще нарвским деревушкам москвичи даром предоставили скот и зерно для посева, - в счет компенсации за разграбленное при вторжении. После чего задумались и в Риге, и в Ревеле.

Вот-то тут, на пике успеха, начинается необъяснимое. Весной 1559 года, после череды сплошных успехов, русской армии оставалось только добить главные силы Ордена, засевшие в Вендене (столица) и Мариенбурге (резиденция магистра) и с ходу оформлять победу, подписывая с фактически раздавленным Орденом мир на своих (любых!) условиях. И вот тут Алексей Адашев, полномочный представитель царя на фронте, получив от ливонцев просьбу о «полевом» (временном) перемирии (но не согласие на мир!) отдает приказ воеводам приостановить наступление и соглашается «не воевати» с марта по ноябрь. Это предел абсурда, но так оно и было. Более того, Адашев даже вступает в переговоры с рижанами и ревельцами о настоящем мире в обмен на всего-навсего мелкие уступки в торговле. И что самое дикое, Иван не только санкционировал задним числом это нелепое решение, но и дал добро на поход в Крым.

Вот здесь уже никакой логики нет. Вернее, есть, но уже совершенно по г-ну Милюкову: или глупость, или измена. Но дураком Адашев не был, а подозревать измену у нас нет никаких оснований. Просто, судя по всему, на царя очень сильно давили. И Дума (по уже изложенным соображениям), и Курбский, бывший в этом смысле представителем княжат в Избранной Раде, и Адашевы, мечтавшие получить во владение столько земель, чтобы сравняться влиянием со «старомосковскими». Позже, в Первом послании Курбскому, Иван очень коротко помянет дискуссии на тему Крымского похода, назвав их «злосоветием», - и нам остается только гадать, какие лютые драмы таятся за этим коротким определением.

Впрочем, как бы то ни было, Крым оказался крепким орешком. Он и позже не давался легко, а уж в XVI столетии и подавно. Безводье, татарские налеты, совершенно неприступные укрепления Перекопа, пакости «союзных» малороссийских казаков, кидавших русских при первой опасности, - и в итоге провал. Тяжелый, досадный, отнявший у России множество жизней и ресурсов, но позволивший царю укрепить свое влияние, ибо не судят только победителей. По сути, в те века полководцы, не говоря уж о политиках, платили головами за меньшее, а если вспомнить «перемирие» с Орденом, так и тем паче, но ничего подобного. Никаких казней не случилось. Просто идиллия Избранной Рады сошла на нет, - и на исходе 1559 года оба Адашевых убыли на фронт, искупать кровью. Причем в обиде мог считать себя только Алексей, для которого чин воеводы был огромным понижением. Одновременно покинул Москву и поп Сильвестр, причем совершенно добровольно: он хлопотал за Адашевых, не преуспел и устроил демарш, «своею волею» уехав в Кирилло-Белозерский. Кстати, прихватив огромную библиотеку, и оставив при дворе «деспота» сына – делать карьеру.

А между тем, ситуация в Ливонии за полгода «адашевского перемирия» коренным образом изменилась. Осознавший полную безвыходность своего положения, Орден нашел «крышу»: 31 августа 1559 года магистр Готхард Кеттелер подписал в Вильне с королем Польши и Литвы Сигизмундом II договор о «вступлении Ливонии под протекторат Польши», спустя две недели дополненный договором о «военной защите». Отныне, - спасибо Адашеву, - России предстояло иметь дело не с распадающимся прибалтийским замухрышкой, а с одной из самых сильных держав Европы. Больше того, стоило Польше «принять под покровительство» Лифляндию и герцогство Курляндское, в игру вступили Дания, явочным порядком занявшая Эзель, и Швеция, взявшая под контроль Ревель и северные районы Эстляндии (позже,-уже в 1561-м, такой раздел был официально закреплен и оформлен Виленским договором).

Ну и прикиньте, какой выбор у Ивана. Можно, конечно, прекращать войну, оставив за собой Дерпт, Нарву и клочок Эстляндии, но это, по факту, проигрыш, не покрывающий даже расходов (нарвская торговля все равно перекрыта). А можно и вновь атаковать, поскольку хотя договор Ливония с Польшей и подписан, пока новый супостат раскачается собрать войска, есть шанс выиграть. И царь, как известно, принимает решение идти по второму варианту, - вновь с полным успехом. Уже в январе 1560 года русские взяли Мариенбург, а потом, через несколько победных месяцев, Курбский штурмом берет и «несокрушимый» замок Феллин, где победителям досталась вся орденская артиллерия, почти вся казна и руководство Ордена во главе с магистром Вальтером фон Фюрстенбергом. После чего эсты поднимают очередной мятеж в поддержку русских, рыцари толпами бегут за кордон, и, - ап! - Ордена фактически больше нет.

Этот момент – второй звездный час России в ходе кампании. Хрен с ними, с датчанами на Эзеле, и с Ригой, куда вошли литовцы, тоже можно подождать, но Ревель лежит, как на блюдечке. Стены, правда, крепки, но защищать их шведам некем, они мобилизуют даже городскую шпану, назначив "Ганнибалом Эстонии" известного уголовника Иво Шенкенберга, - а уж заняв Ревель, можно говорить с поляками и Литвой совсем иначе. Да и с Европой в целом тоже. Тем паче, Европа готова. Слухи из Ливонии вызвали там настоящую панику. Уже в конце 1559 года Альберт Мекленбургский объявил свои земли в «состоянии опасности от московского нашествия». Несколько месяцев спустя, на Рейхстаге, он же докладывает о том, что «Московский тиран начал строить военный флот на Балтийском море, вверяя управление испанским, английским и немецким капитанам». В связи с этим, мекленбургский герцог прямо попросил Рейхстаг «настоять перед нидерландским и английским правительствами, чтобы они перестали доставлять оружие и другие товары врагам всего христианского мира, дабы не дать утвердиться в Ливонии восточному государю». Однако, выслушав герцога, «съезд постановил обратиться к Москве с торжественным посольством, к которому привлечь Испанию, Данию, Англию, предложив восточной державе вечный мир и тем самым остановить ее завоевания».

То есть, повторяю: Европа созрела отдать Ивану все, что он реально контролирует. Дело за малым, взять под контроль побольше и предлагать мир с позиции силы. А сил для этого вполне достаточно. И тут, когда победа опять словно в руках, более того, когда, - это уже слова самого царя, - «вся Германия до исхода лета нашей была бы», русские войска опять останавливаются, а затем, потоптавшись на месте, начинают действовать вопреки всем инструкциям и диспозициям. Не все, - а главные силы, возглавляемые (какая странность!) братьями Адашевыми: Алексей и Данила, вопреки воле царя, приславшего подкрепления с прямым приказом брать Ревель, почему-то разворачиваются на важный, но в данной ситуации все-таки второстепенный Вейсенштейн (Пайде), - который тоже, потеряв много воинов, взять так и не смогли.

Что за напасть приключилась? Почему? С какой стати? Никто не знает, и видимо уже не узнает никогда. Разве что Руслан Скрынников осторожно предполагает, что какие-то веские причины (типа, воеводы «опасались удара литовцев из-под Риги») все-таки были, но это совсем не убеждает. Хотя бы потому, что вражеских войск под Ригой было совсем немного. Но, в любом случае, дорогие читатели, прикиньте, что бы сами вы сделали на месте царя. Ага. Именно. И я тоже. Иван же и на сей раз до неприличия мягок. Конечно, Алексей Адашев полностью снят с командования и назначен комендантом Феллина, а чуть позже переведен в Дерпт, «товарищем» к воеводе Хилкову, его брат понижен в должности, - но и только. И как оно было бы дальше, сказать нельзя, но с это самое время в Москве скоропостижно умирает Анастасия.

Сказать, что для Ивана это удар, значит, не сказать ничего. Что там была любовь, не отрицает никто из историков, но молодая царица, помимо прочего, была еще и совершенно уникальным человеком. Мало того, что, провожая жену, царь «от великого стенания» почти не мог идти и его вели под руки, так еще и Москва, которая слезам не верит, свою государыню, судя по всему, любила: посадский люд, как сообщает летописец, пришел на похороны (диво дивное!) «не для милостыни» и в таком числе, что что «от множества народу в улицах едва могли тело ея отнести в монастырь». А поскольку смерть молодой, здоровой женщины была решительно никак не объяснима, сразу после похорон началось следствие. И выяснились любопытные вещи. Следов отравления, правда, не нашли, зато стало известно, что царицу постоянно мучили какими-то интригами. Какими, опять-таки неясно, но, по логике, причастны были все те же «старомосковские», которым она очень мешала. Не сама по себе даже, но тем, что братья ее, Даниила и Никита, сформировали свой, отдельный клан, внося разброд в устоявшийся баланс сил в Думе. «Худородных» ненавидели, но копать под «шурьев», особенно, с учетом отношений царственной пары, не решались.

В общем, есть ощущение, что было там что-то такое, очень непонятное. Даже не совсем ощущение. Я не знаю, как расшифровывать основной вывод следствия, согласно которому косвенными виновниками кончины царицы назван Сильвестр «сотоварищи», чьими «словами непотребными» Анастасия была «околдована». И что это были за «слова», тоже не знаю. Но факт есть факт: по итогам расследования Дума постановила вызывать Сильвестра и Алексея Адашева в Москву, на суд, и митрополит Макарий это решение поддержал. Однако «тиран и деспот» по-прежнему ведет себя вовсе не в соответствии с представлениями режиссера Лунгина. Сильвестра всего лишь («Не в этой жизни с ним буду судиться») переводят из престижного монастыря на Соловки (сын по-прежнему при дворе и делает карьеру). Алексей Адашев снят с должности «товарища» воеводы и взят под стражу, - но не в поруб, а судя по всему, под домашний арест, - там же, в Юрьеве, где, спустя пару месяцев вдруг (молодой, полный сил бугай) отдает концы.

И в этой смерти, как и в смерти царицы, есть что-то странное. Во всяком случае, исходя из того, что Иван, получив известие, срочно послал в Юрьев одного из самых доверенных дворян, повелев «все разыскать по полной совести». Увы. Выводы следствия нам, к сожалению, неизвестны. Но исключать напрочь, пожалуй, можно только самоубийство. Для православного – великий грех, пагуба души, а в те времена к этому относились серьезно. А так что ж, мог и, простыв, «померев горячкою», мог и упиться до смерти от тоски, а мог, думается мне, отбросить коньки и от яда. Потому что очень похоже, много было на Москве народу, не хотевшего, чтобы Алексей Федорович, будучи рано или поздно доставлен в столицу, заговорил.

А между тем, война продолжается и войска продолжают наступать. Хотя Польша уже ввязалась по полной программе, Иван, проявляя чудеса изворотливости, не сдает позиции и держит ситуацию под контролем. Вернуть все, столь дурацки потерянное, уже невозможно, но можно переиграть проигранную партию. 20 августа 1561 года царь заключает перемирие со шведами аж на 20 лет, признав их право на земли Эстляндии и Ревель, доставшиеся им по «Виленскому пакту». Параллельно начаты переговоры и с Данией, которой Россия уступила Эзель, которым все равно никогда не владела. И после всего этого Иван разворачивается на Польшу с Литвой.

Отметим сразу: теперь все совсем не так радужно, как три года назад. Война тяжела, изнурительна, появились сложности с пехотой, а одной конницей немного навоюешь. Даже Курбский начинает терпеть поражения, - самое тяжелое у Невеля. И тем не менее, Иван изыскивает ресурсы. В январе 1563 года, приняв на себя руководство войсками, он начал поход на Полоцк — важнейшую крепость на полпути к самой Вильне, на стыке границ Литвы и Ливонии, и всего за две недели взяли его, отпугнув армию Радзивилла, не посмевшую даже вступить в бой. Что интересно, «тираном и деспотом» были обласканы и отпущены без выкупа все пленные, а в городе воцарился идеальный порядок. Под страхом лютой казни наместникам было предписано горожан «правити поместном обычаю», а «суд вести честный, скорый и правый».

Это – зенит. Под ударом Рига. Под ударом Вильно. Сигизмунд намекает, что есть смысл поговорить о мире, на что царь отвечает благожелательно, но уклончиво. О том же Ивану пишет в личном письме кайзер Фердинанд I, предлагая вместо «ненужного кровопролития между христианами» заключить союз и объединить усилия в борьбе с общим врагом, Портой. Ответ Ивана был невероятно элегантен. Он сообщил коллеге, что «здешние немци преступили божию заповедь» и «впали в Лютерово учение». В связи с чем, он, благочестивый государь всея Руси, «отчаяся надеятися» на возвращение ливонцев к «справедливости и старому закону», вынужден был начать войну. То есть, получается, сражается за интересы самого Фердинанда, а также и Святого Престола, для которых лютеране были главной головной болью. Такого разворота событий ни император, ни папа не ожидали, и на какое-то время, пока они обсуждали сей поворот сюжета, всякая помощь Польше и Литве из Германии была не то, чтобы прервана, но приморожена.

Итак. Весна 1563 года пик успехов. Правда, праздник со слезами на глазах. Иван потерял Анастасию.Иван потерял друзей, сделавших что-то очень скверное. Именно в таком порядке. А значит, врет Карамзин насчет «после смерти жены», потому как первая опала Адашевых и отъезд из столицы Сильвестра случились не после смерти царицы, а очень даже до. Но, как бы то ни было, хоть Избранная Рада и перестала существовать, хотя Алексей в могиле, а Сильвестр в ссылке, но ни Данила Адашев (пониженный, но живой и на службе), ни Андрей Курбский (бывший с Алексеем, как иголочка с ниточкой) никаким карам не подверглись. И боярам головы не рубят. Нет на Иване крови. То есть, конечно, есть. – царь все-таки, - но куда меньше, чем у европейских коллег. И в любом случае, он пока еще никакой не Безумный и даже не Грозный.


http://putnik1.livejournal.com/1946558.html#comments

_________________
"Знать - это одно; верить, что знаешь - совсем другое. Знать - это наука, но верить, что знаешь - это невежество". (Гиппократ)


Вернуться наверх
 Заголовок сообщения: Re: Царь....
СообщениеДобавлено: 25 авг 2015, 05:52 
Не в сети
Новосёл

Зарегистрирован: 11 авг 2015, 04:11
Сообщений: 3
ICQ: 302345927
Откуда: Тамбовская область
Автор темы расхвалил сей кин. Пойду искать на торрентах.


Вернуться наверх
 Заголовок сообщения: Re: Царь....
СообщениеДобавлено: 24 окт 2017, 19:45 
Не в сети
Новосёл

Зарегистрирован: 24 окт 2017, 19:08
Сообщений: 4
Кино очень интересное. А где онлайн посмотреть ?


Вернуться наверх
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему  Ответить на тему  [ 24 сообщений ] 

Текущее время: 22 ноя 2017, 09:24


Кто сейчас на форуме

Количество пользователей, которые сейчас просматривают этот форум: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Перейти:  
Создано на основе phpBB® Forum Software © phpBB Limited
Русская поддержка phpBB